Интервью перед концертом

 

Нателла БОЛТЯНСКАЯ:

Пропаганда затекает в мозги куда проще

 

Нателла, расскажите, пожалуйста, о вашей семье.

 

Папа ученый, большая умница, женолюб и жизнелюб, сначала не знал, как заставить меня  говорить и ходить, а потом как сидеть и молчать. А мама  у меня  лучшая подруга. Отца уже нет, к сожалению, и моя семья сегодня это мой муж и моя мама. Муж у меня по профессии волшебник. Он единственный человек на свете, который может меня заставить что-то сделать против моего желания. Например, 17 лет назад убедил меня пойти работать на Эхо Москвы...

 

                                            Фото: В. Зайдман

В автобиографии вы рассказали о неприятностях, случившихся с вами после того, как вы спели одноклассницам песни Галича. Это было в 9-м классе. Понятно, вы были комсомолкой с червоточинкой. А как пионерское детство? Вы и пионерка были испорченная? Ну хоть когда-то вы верили в светлые коммунистические идеалы?

 

С комсомолом отношения не сложились. Когда я хотела вступить в комсомол, меня спросили, для чего. Я честно объяснила, что человек по фамилии Киперман без комсомола на журфак не поступит. Меня с позором выгнали с бюро. А потом, уже в десятом классе, когда я им портила отчетность, мне сказали быстро неси документы. Но  тут уже я передумала. Что до пионерских идеалов, то есть обычай на Руси ночью слушать БиБиСи. Мои родители слушали, а я ума набиралась...

 

Хочу вот что спросить. Тяжело ли было многое про советскую власть понимая, практически ежедневно слушать на уроках славословия этой власти, не только, скажем, на истории или обществоведении, но и на математике или на биологии. Не знаю, как в вашей школе, но у нас все учителя были какие-то идейные. Помню свои ощущения многие мои знакомые-взрослые рассказывали на кухнях анекдоты, то есть относились к действительности вполне адекватно, с неизбежной долей цинизма, а наши учителя как будто жили отдельной реальностью. Вас не тошнило от всего этого, или вы относились к этому спокойно?

 

У нас не было маньяков от идеологии просто повезло. Но учителям словесности и истории я страсть как любила задавать подлые вопросы. Ну, и любили они меня соответственно.

 

Несколько отрываясь от хронологии, хочу спросить о нынешних пионерах. Обо всех этих нашистах, запутинцах и так далее. Вот, казалось бы, выросло непоротое поколение. И оно, это поколение, со всей страстью сотворило себе кумира, верит пропаганде, льющейся с экрана. Отчего это непоротое! поколение столь легко поддалось оболваниванию? Или у нас здесь такое впечатление, и на самом деле это все незначительная часть современной российской молодежи?

 

Дело в том, что помимо непоротости, поколение выросло с ощущением того, что все свои проблемы каждый решает сам. Идеологи Наших и прочих их дают иллюзию, что кто-то будет решать чужие проблемы, а за это просто нужно быть верным им. Я как-то видела ролик нашистов мы позаботимся о твоей карьере и твоих деньгах, а ты будь с нами. Кстати, в свое время Гитлер ведь тоже шел к власти под сильнейшей социальной программой, а вовсе не с лозунгом бей жидов

 

Можно было бы подумать, что все эти нашисты в основном купленная циничная молодежь. Но вот моя знакомая рассказывала, как ее дочь съездила на месяц в Россию в гости к друзьям. Она сказала, что ее друзья просто все помешаны на Путине, и ее дочь, побывав там, заразилась этим, она вывезла оттуда убеждение, что Россию должны бояться. Причем, уверила меня моя знакомая, друзья ее дочери очень хорошие и умные ребята, из интеллигентных семей. Неужели все настолько грустно? Как вы это прокомментируете?

 

В России сегодня все каналы первые, то есть они щедро несут пропаганду... и еще немного пропаганды. Насмотревшись этого, люди меняются в сознании. И не думайте, что все такие умные, чтобы понимать, что их дурят. Когда телевидение, а это, безусловно, самое массово потребляемое СМИ, так вот когда телевидение состоит из чернушки, попсушки, страшилок и пропаганды, пропаганда затекает в мозги куда проще.

 

Как вы думаете, в итоге, будет ли в России очередное потерянное поколение?

 

Каждое поколение в России в чем-то потерянное. В чувстве внутренней свободы, в собственном достоинстве, в навыках культуры и элементарной вежливости.

 

Но вернемся теперь назад. Когда вы впервые попробовали написать что-то сами? Помните ли эти стихи?

 

В 13 лет. Мне не нужны седые властелины,

Пусть бог мой будет суетным и слабым.

Я сотворю его из пластилина,

Кумирчика карманного масштаба...

 

Помните ли вы ваше первое публичное выступление? Расскажите о нем.

 

Мне было 17 лет, это была турбаза Дома ученых. Я спела что-то такое типа  институтки- дочери камергера, написанное собственноручно, и дяденька партийного вида предложил мне альтернативу: либо он меня прямо сейчас выпорет, либо сообщит об этом куда следует. Я просто смылась с турбазы.

 

Кто из бардов вам ближе всего по духу?

 

Александр Галич, Булат Окуджава, Новелла Матвеева.

 

Прочел недавно, что вы дружите с Тимуром Шаовым. Сейчас какое-то интересное время. Знаю по себе, что почти любой, послушав его записи или попав на его концерт, не остается равнодушным, многие пытаются в меру своих сил пропагандировать его творчество, дают знакомым послушать кассеты с его записями. И тем не менее многие образованные люди даже не знают о его существовании. Понятно, Тимура не увидишь на нынешнем российском телевидении. Однако, советское телевидение также отнюдь не баловало, мягко говоря, зрителей концертами, скажем, Высоцкого, однако, его знали все и популярность его была дикая. Почему же раскрутка нехорошее слово Тимура Шаова, который, несомненно, стал явлением в сегодняшней культуре, идет так медленно? В чем разница между советским временем и нынешним в этом отношении, в чем загадка?

 

Тимур человек политически активный в своих песнях, и боятся его раскручивать. Он персона нон грата на первом канале.

 

Расскажите о вашей первой передаче на Эхо Москвы.

 

Это была программа со мной в качестве гостя. И это было в мой день рожденья. И звукорежиссер Сережа Игнатов после программы принес мне букет роз. Дебют удался!

 

Остается ли у вас время при вашей загруженности на написание песен?

 

Если есть, о чем, то это дело пяти минут. Я не шучу. Когда в голове все сложилось, то ты просто записываешь, что сложилось.

 

А разделяете ли вы свою работу на радио и написание песен, что для вас главное?

 

Не разделяю ни в чем, кроме одного. В студии я лицо вопрошающее. А на сцене отвечающее.

 

Вот, кстати, об этом. Журналист, особенно интервьюер, кем вы являетесь в ваших передачах, занимает обычно отстраненную позицию, он должен уметь выслушивать разные мнения, даже если у него есть определенное свое. Бард же, как правило если он не пишет исключительно лирические песни занимает какую-то гражданскую позицию. Ваша позиция в песнях просматривается вполне ясно. Не приходят ли в противоречие ваши ипостаси барда и журналиста?

 

Нет, поскольку в интервью я могу спросить, почему во время Бесланской трагедии официально озвучивалась цифра 342 заложника. И это мое отношение к поведению тех, кто дает эту цифру. Необязательно называть человека нехорошим словом, чтобы дать понять, что он плохо себя повел.

 

Вам приходилось, наверное, вести передачу, в которой принимали участие такие люди, как Михаил Леонтьев или Александр Проханов. Каково интервьюировать их, легко ли оставаться над схваткой? Не хотелось ли высмеять их, выплеснуть на них свое мнение?

 

Выплескивать ничего нельзя, ибо тот, кто горячится, всегда в проигрыше. С этими ребятами надо быть холодной и расчетливой. Не могу сказать, что это всегда получается, но стараюсь. Нужно цепляться к словам, ловить их на противоречиях, пусть они злятся.

 

Почему на RTVi перестала выходить программа Шендеровича Новые времена?

 

Полагаю, что это вопрос к Виктору Анатольевичу.

 

Были ли какие-то наезды на Эхо Москвы или RTVi со стороны властей? Почему вообще, по вашему мнению, власть терпит всё это безобразие и не делает попыток устроить что-то вроде спора хозяйствующих субъектов? Тьфу-тьфу, конечно...

 

Наездов как таковых было мало. Мелких покусов сколько угодно. Наш телеканал в России   можно смотреть либо по тарелке, либо по интернету. А Эхо Москвы во-первых, это ответ властей на вопрос, где у вас свобода слова. Это такая небольшая резервация для непервых каналов... Кроме того, Эховская аудитория много меньше аудитории телевизионной, и не имеет  электорального значения. А еще самим властям тоже нужен источник информации.

 

Вообще, вы заметили, что власть преследует своих противников как-то избирательно. Стоило Ходорковскому заявить о президентских амбициях, на него завели дело. Или то же самое уже в эти выборы произошло с мэром Архангельска. Но вместе с тем Гарри Каспаров, Михаил Касьянов при всем прессинге на них, остаются на свободе, ведут по мере возможности свою деятельность. То же самое и с журналистами. Морарь выгнали, но RTVi, Эхо Москвы существуют. Чем объясняется такая избирательность?

 

С Ходорковским все куда глубже. Вы забыли, какая у него сладкая компания? А еще вы забыли, что это была прозрачная компания, которая на фиг не нужна тем, кто хочет иметь крючок для каждого гражданина и каждой организации. А еще обвинение в коррумпированности соратников Путина. Ну, как не посадить? Каспаров, Касьянов... Кто в России знает о них, кроме пользователей интернета, слушателей Эха, читателей Новой Газеты и журнала Ньютаймс. Их считают пока не очень опасными.

 

 

И еще особенность нынешнего времени: абсолютная отвязанность власти (творим, что хотим)  с нежеланием как-то утаить от общественности свои неблаговидные действия. Советская власть была жестокой и циничной, но она стеснялась того, что творилось в СССР была цензура, западные голоса глушили. А сейчас прилюдно измывались над смертельно больным Алексаняном, и это никак даже не пытались скрыть. Как сказал здешний журналист Илья Мильштейн: Сочетание горбачевской гласности с гестаповской жестокостью. Как вы думаете, откуда у этих ребят такая уверенность, что с них никогда не спросится? И это в момент смены президента!

 

Сто долларов за баррель это раз, и  расцвет потребительских желаний российского общества это два. А потом всех уже приучили, что на самом деле никто ничьих проблем решать не будет, и поэтому, пока тебя лично не трогают, чихать на все.

 

И ваше мнение о ближайших перспективах России. Ожидает ли Россию очередная перестройка?

 

Да, особенно если упадет цена на нефть.

 

Нюрнберг предпредпоследний город в ваших гастролях по Германии. Тяжело было почти каждый день выступать?

 

Тяжело, но приятно. Неприятно, когда накануне концерта организатор, как это было в Аугсбурге, объясняет, что мне придется обойтись без микрофонов. Я вынуждена отменить концерт, прошу прощения у моих зрителей в Аугсбурге и за себя и за безответственность г-на Кудряца.

 

Каковы ваши впечатления от здешней публики? Она отличается от московской или российской?

 

Вы знаете, мне везет в плане публики у меня нет равнодушных Меня или любят и понимают, или не любят и не пойдут на мой вечер. Спасибо всем, кто был со мной в Германии!

 

Нателла, спасибо за интервью. Желаю вам завтра с успехом выступить в Нюрнберге, а также затем во Франкфурте. Зрительской любви и творческих успехов!

 

Беседовал Вадим ЗАЙДМАН

 

Нателла БОЛТЯНСКАЯ

 

ПОКА В РЕМОНТЕ ГИЛЬОТИНА...

 

Хроники Норд-Оста

 

Заранее не предсказать ни беды, ни вины.

Сгорает и морщится в пламени карта страны.

Пространство изломано гибельным ветром

какой там по счету листок догорел?

Война не за сотни идет километров,

Она у дверей.

 

Поймешь ли, привычно в кармане ключи теребя,

Что линия фронта проходит уже сквозь тебя.

Как я не люблю тех, кто черною волей

Чужою на черное дело ведом...

Как я ненавижу всех тех, кто позволил

Войти им в мой дом.

 

Родством беззащитности бьется у горла душа...

Полсотни... И армия тех, кто им не помешал.

Одним в темном зале к затекшим коленям

Своих ли, чужих ли детей прижимать,

Другим оглушенными за оцепленьем

Стоять и стоять.

 

Когда автоматы направлены прямо в лицо,

То как-то не верится в сказку с красивым концом.

Смирись и привыкни к своей дешевизне,

Строкою из списка тебя назовут.

От нас до Кремля меньше тысячи жизней

И десять минут.

 

Как палец на спуске удерживать качеством лжи,

Подумаешь позже, когда ты останешься жив.

И ранние новости утром субботним,

И будет победа горька и сладка...

С утра эйфория, потом больше сотни

Погибших в ДК...

 

Потом будут свет, голоса и шлепки по щекам,

И вроде бы здесь ты, и вроде бы ты еще там,

И списки живых, и бесслёзно хоронят детей,

И над головами в осенней густой темноте

Сто двадцать? сто тридцать? сто сорок

До срока с небес оборвавшихся звезд,

И  мокрый штурвал под рукою, и ветер крепчает норд-ост...

 

Едвабне

 

Польша. 150 км от Варшавы, в крошечном городишке  после второй  мировой войны был поставлен памятник 1600 евреям, погибшим во время оккупации. Совсем недавно выяснилось, что всё было иначе

 

Ты ищешь нас карту бери помасштабней,
Чернильная капля, случайно упала
А наше местечко зовется
  Едвабне,
Подобных местечек по свету немало.
Есть ратуша, рынок, ручей по колено,
Бельё на верёвках знаменами реет
Тут жили счастливой порой довоенной
Соседи. Неважно, поляки, евреи

 

И памятник будет. Ну, как же не высечь
По камню, как больно и горько бывает
Местечку, где больше полутора тысяч
Погибло: война-то была мировая
Всё будет цветы, поминальные свечки,
Успеет поблекнуть гранит пьедестала,
Но позже окажется в нашем местечке
Немецких частей вообще не стояло.

 

Ну, только патруль раз в неделю заедет,
А вермахт его обошел стороною,
И нас убивали свои же соседи,
Которых считали мы близкой роднею.
Как праздничный ужин, и выпит и съеден,
Вчерашний уют многолюдного дома
И нелюди эти свои же соседи,
   
И брошена спичка в сухую солому

 

Перину и шаль передать по наследству
При жизни утраты и больше бывают
Вначале обрушилось наше соседство,
А после горящая крыша сарая.
А память окрепнет, а боль не ослабнет,
Стареть вплоть до ветхого новым
  заветам
А наше местечко зовётся Едвабне,
Дахау, Майданек, Варшавское гетто

 

Гильотина

 

Стоит, накрытая холстиной,
Так безобидна и чиста
Пока в ремонте гильотина,
Слова рождаются активно,
Слова рождаются активно
На запечатанных устах.

 

Какая дивная картина
Давай, дружок, не промолчи.
Пока в ремонте гильотина,
Пока в тавернах и трактирах,
Пока в тавернах и трактирах
Сидят без дела палачи.

 

Всех понесло и закрутило
Лихим похмельным ветерком
Но как-то даже и противно,
Пока в ремонте гильотина,
Пока в ремонте гильотина,
Молоть впустую языком.

 

Громите косность и рутину
Не оборвут воротника.
Лежит Бастилия в руинах,
Однако в наших Палестинах,
Пока в ремонте гильотина,
Такая гадкая тоска.

 

Скорей бы к новым директивам
Пусть жизнь войдет в нормальный ритм
И, чтоб кого-нибудь схватили,
Кто не успел договорить,
Кто не успел договорить,
Пока чинили гильотину.