Русский ПЕН

 

Сумерки русского ПЕНа

 

Я написал заявление о выходе из Русского ПЕН-центра. После позорного решения об исключении Сергея Пархоменко он превратился в жалкую пародию на Союз советских писателей и напрочь забыл о правозащитной основе своей деятельности. Новый президент ПЕНа Евгений Попов давно уже растерял память о своей диссидентской юности и превратился в разрешенного правозащитника, готового защищать гонимых и преследуемых хоть в Казахстане, хоть в Узбекистане, только не в своей стране, чтобы с властями не ссориться. Это точно так же, как Евгений Евтушенко в советское время боролся за свободу патриотов Чили или Анджелы Дэвис.

Подобное скатывание ПЕНа к имитации правозащитной деятельности произошло благодаря создавшемуся в нем молчаливому большинству. Оно сформировалось за счет принятых в ПЕН в последние годы писателей, которые на собрания не ходят, а по почте голосуют так, как скажут президент и Исполком. Что ж, власть подмяла под себя еще одну независимую прежде общественную организацию.

Особенно печально для меня то, что среди проголосовавших за позорное решение об исключении оказался Александр Городницкий. Раньше я его глубоко уважал, теперь не уважаю.

А самым трагичным для меня и других писателей, которые в эти дни вышли или собираются выйти из ПЕНа, является невозможность дальше направлять властям коллективные письма в защиту тех, кто преследуется за свои убеждения. Раньше мы это делали в рамках сложившейся в ПЕНе группы Частное мнение. Поэтому я предлагаю всем, кто вышел из ПЕНа по идейным соображениям, создать какое-то новое объединение, чтобы мы могли продолжать ту деятельность, от которой отказалось нынешнее руководство Русского ПЕН-центра.

 

Борис Соколов,

Грани, 13 января

 

От редакции Рубежа. Нас Александр Городницкий удивил и огорчил еще лет 10 назад, когда написал песню Севастополь останется русским, предвосхитив Крымнаш задолго до 2014-го года. Теперь его подпись под позорным протоколом особенного удивления уже не вызвала.