Казус Серебренникова

 

Кто девушку кормит, тот её и танцует

 

И все так удивляются ой, Серебренникова задержали. Где же закон, где же Конституция? Друзья мои, вы правда так ни черта ещё и не поняли, да?

Ну, предупреждали же. Не надо кормиться с воровской ложки. Берешь деньги от этого государства? Ну, тогда либо соблюдай правила игры. Либо будь готов. Кто девушку кормит, тот её и танцует все верно.

Ах, какой теплый декабрь был в 2011 году...

Надо петицию подписать.

И шариками помахать.

 

Аркадий Бабченко,

Facebook.com, 22 августа

 

О нравственных инфантилах

 

Все-таки, это что-то неистребимое. Казалось бы, единственная адекватная позиция: якшаться с этой ублюдочной властью нельзя. Ни с какой из ее башен. Потому что любая башня Кремля это все равно Кремль. Убийцы, оккупанты и узурпаторы.

 

А уже тем более нельзя брать у этой ублюдочной власти деньги. Ни на что. Обуславливая ни какими великими доводами про искусство. Если ты это делаешь ты нравственный инфантил.

 

Но это совсем не означает, что можно применять политические репрессии по надуманным поводам. Даже к нравственным инфантилам.

 

Да, Серебренников должен быть свободен.

 

Нет, он нравственный инфантил.

 

Не знаю, какая еще может быть другая позиция.

 

Но нет. Начинается. Гений, великий режиссер, вы не видели его спектаклей, если ты не готов делать очередную икону ты сволочь.

 

Особенно умиляет довод про невозможность построить успешный театр без государственных дотаций. Бродвей сейчас громко ржет.

 

Да, я не видел его спектаклей. Мне плевать на его спектакли. Я не считаю, что человека нельзя сажать только потому, что он делает хорошие спектакли. Я считаю, что бездарного режиссера, делающего говенные спектакли, нельзя сажать ровно в такой же степени.

 

И в ровно такой же степени я считаю, что гениальный режиссер не имеет права брать деньги от ублюдочной власти ровно в той же степени, что и бездарный. Гениальность спектаклей не делает его меньшим нравственным инфантилом.

 

И, да, в миллионный раз этот дискурс возможен только внутри Мордора. Извне он уже совершенно в зазеркальной вселенной. Я сейчас в Киеве, тут парад по случаю дня Независимости, удерживаемой четвертым годом войны, тут искалеченные молодые парни на костылях и в колясках, с орденами и выгоревшими глазами, тут стена с фотографиями двух тысяч погибших и вот тут про гениального режиссера, берущего деньги у Суркова на гениальное искусство, вы уже никому нихера ничего не объясните.

 

Фиг его знает, как можно не понимать таких элементарных вещей.

 

У меня всё.

 

Аркадий Бабченко,

Каспаров, 24 августа