Футболобесие

 

Увидеть ситуацию с противоположной стороны

Ответ Антону Ореху

 

Дорогой Антон, спора не получается. 

Ну, или почти не получается.

 

Потому что все то, о чем ты написал человеческое содержание спортивного боления, Яшин и Брумель, вот это вот все, столь знакомое и мне, совершенно неопровержимо, разумеется! И я сам писал об этом четыре с половиной года назад, в тексте Путин и девочка на коньках, посвященном эйфории, царившей в дни открытия сочинской Олимпиады.

 

Писал о том, что невозможно было не болеть за Михайлова-Петрова-Харламова свои, родные, гениальные! Но невозможно было и не понимать, что должны испытывать после августа 1968-го чехи, глядя на торжество людей с ненавистным оккупационным серпом и молотом на хоккейных свитерах.

 

Собственно, это и есть одна из примет интеллигентного человека способность увидеть ситуацию с противоположной стороны.

 

Давай же увидим глазами немцев (и я в провокативных целях предложил это в феврале 2014-го) победу немецкого атлета в Берлине, на олимпиаде 1936 года.

 

Все то, о чем написал ты в своем тексте относительно сегодняшних победных эмоций в Славянске-на-Кубани (гордость землячества, радость друзей, счастье родителей), имело место и на малой родине Хорста Вельтке, правда же? Но все эти человеческие радости происходили под флагом со свастикой, вот в чем дело... И что-то, написал я тогда и повторю теперь, мешает нам сегодня разделить эту радость. 

Память о Хатыни, например.

 

И я не согласен с тобой в том, что те спортивные победы никаким образом не помогли Гитлеру, а победы Михайлова-Петрова-Харламова не укрепили СССР, помогли, укрепили, и еще как! Душевный энтузиазм миллионов, слепая, намертво склейка режима с Родиной, очень способствуют исторической катастрофе!

 

Экстраполировать этот исторический экскурс на сегодняшние реалии очень просто, да вот душе потом очень трудно принять холодные выводы мозга. Душа идет на разрыв, писал я тогда и повторю теперь.

 

Я не могу не радоваться за Станислава Черчесова, я симпатизирую ему, черт возьми, тридцать лет! Я даже за польскую Легию стал болеть из-за него! Мне глубоко симпатичны и Головин, и Зобнин, и даже Дзюба!

 

Но я не могу не понимать, какие чувства должны испытывать сегодня украинцы, глядя на массовое торжество людей с гербом России на майках. Той России, которая повинна в страданиях их Родины, смерти близких. И мне стыдно. В том числе за свою бессмысленную животную радость по поводу того, что Дзюба перепрыгнул того араба и попал мячиком в угол.

 

Ведьмы, писал я и повторю снова, варят свой отвар на очень душистых травках: родство, патриотизм, млечный призыв языка Это надо рефлексировать, обязательно надо. И дело не в Путине, разумеется. Дело в способности чувствовать чужую боль.

 

Спора между нами нет, Антон. Ну, или почти нет, потому что я не сомневаюсь: ты прекрасно понимаешь все то, о чем я написал. 

Как и я прекрасно понимаю все то, о чем писал ты.

 

Между выжженными окопами Аркадия Бабченко пусть-они-все-сдохнут и симметрично-истошным, душевно слепым криком Слава России, есть, слава богу, живой ареал обитания человеческих чувств и рефлексий. 

Объемный, сложный, драматичный мир.
 

Он очень уязвим с обеих сторон.

Но жить хочется именно в нем.

 

Виктор Шендерович,

Facebook, 15 июня