Навет новейшего времени

 

Кто же им теперь поверит?

 

В ночь на 18 сентября в небе над Средиземным морем произошла очередная трагедия сирийской кампании. Был сбит российский самолет радиоэлектронной разведки Ил-20. Погибли 15 военнослужащих. Случилось это в момент, когда израильские истребители наносили удар по нескольким объектам в провинции Латакия, а сирийские ПВО пытались перехватить вражеские самолеты. Российское военное ведомство поначалу многозначительно сообщило, что тогда же происходили ракетные пуски с борта французского фрегата. Париж немедленно опроверг свое участие в инциденте. После многочасового молчания Минобороны признало: наш самолет был сбит сирийской ПВО. Однако обвинило в произошедшем израильских военных.

 

Оказывается, это израильские летчики коварно подставили его под удар ракеты допотопного комплекса С-200 сирийских ПВО. Отмечается, что Израиль не предупреждал командование российских войск в Сирии о готовящейся операции в районе провинции Латакия. По горячей линии уведомление поступило менее чем за одну минуту до удара, что не позволило вывести российский самолет в безопасную зону, поведал известный своей честностью официальный представитель Минобороны России генерал-майор Игорь Конашенков. Сергей Шойгу, говорится в заявлении Минобороны, провел телефонный разговор с израильским коллегой Авигдором Либерманом, в ходе которого заявил: Вина за сбитый российский самолет и гибель экипажа полностью лежит на израильской стороне. Минобороны России по различным каналам взаимодействия неоднократно призывало израильскую сторону воздерживаться от ударов по сирийской территории, создающих угрозу безопасности российских военнослужащих.

 

Можно с большой долей уверенности сказать, что в российском военном ведомстве буквально с первых секунд произошедшего знали, кто сбил самолет. Заходивший на посадку Ил-20 наверняка отслеживался локаторами авиабазы, которые, конечно, сразу увидели, откуда и чем нанесен удар. Десять часов в Москве судорожно придумывали хоть какое-нибудь объяснение, которое позволило бы Москве и Дамаску сохранить лицо. И додумались: израильские летчики, якобы, прикрылись нашим самолетом. При этом, по словам Конашенкова, израильские истребители заходили на малой высоте и остается загадкой, как они могли прикрыться нашим Ил-20, который заходил на посадку с высоты 5 километров. 

 

Надо помнить, что Россия разместила свои новейшие системы ПВО на авиабазе Хмеймим, фактически введя бесполетную зону над Латакией. Кроме того, израильские военные еще в 2015-м, как только началась российская операция в Сирии, подписали с нашим Минобороны соглашение о предотвращении инцидентов. Представить, что они решили атаковать цели в Латакии, не предупредив российских коллег заблаговременно, довольно трудно. При этом грозные минобороновские заявления совсем не касаются сирийских ПВО, которые должны были бы знать, что российский самолет находится в секторе обстрела. Любопытно также: российские военные, получив позднее израильское уведомление, потребовали ли у сирийских союзников немедленно прекратить стрельбу? Вероятнее всего, сирийские ПВО промазали по израильскому истребителю и древняя ракета ушла гораздо выше и выбрала другую, более крупную и тихоходную цель. Как здесь не вспомнить о ликовании минобороновских чиновников, рассказывавших в апреле о том, что сирийская противовоздушная оборона как орехи щелкает американские Томагавки. А министр обороны Сергей Шойгу потом хвастал, что новейшие российские технологии позволяют отражать удар американских ракет.

 

Еще вчера после встречи российского и турецкого президентов, решивших создать демилитаризованную зону в Идлибе (что по меньшей мере откладывает проведение там широкомасштабной военной операции), казалось, что ситуация вокруг Сирии начинает разряжаться. По крайней мере, уменьшалась возможность прямого военного столкновения с участием российской армии. И вот теперь новый кризис.

 

В этом новом кризисе, как и во всех последующих (а они непременно последуют), поверить в российские версии совершенно невозможно. И уже лень анализировать российские аргументы. По стечению обстоятельств (жизнь порой бывает покруче любого остросюжетного романа) тот же Конашенков вел вчера пресс-конференцию, где российские военные доказывали, что улики, на которые опирается международная следственная группа, расследующая гибель другого самолета малазийского Боинга сфабрикованы. Мол, все видеосъемки и фотографии, скрупулезно фиксирующие передвижение российского Бука от границы к месту, где был осуществлен пуск, фальшивки. Зато в архиве Долгопрудненского механического завода обнаружились документы на ту самую ракету. И она якобы была еще в 1986 году отправлена на Украину и в Россию не возвращалась. При этом российские военные вели речь о совершенно другой модификации ракеты, чем та, которая, как считают в международной следственной группе, уничтожила Боинг. И предлагают верить им на слово. Ведь понятно, что бумажку с серийным номером можно изготовить на коленке за 15 минут.

 

Москва не только в пропаганде, но и в дипломатии проводит стратегию создания другой реальности. Согласно ей, никаких реальных фактов не существует вовсе, есть только интерпретации. И российские пропагандисты уверенно городят свои теории, вне зависимости от того, насколько они соотносятся с действительностью. Пара потных мужиков рассказывают о мечте посетить солсберецкий собор, военные рассказывают об испанском диспетчере, который поведал об украинском истребителе, атаковавшем Боинг, про отпускников, а также шахтеров и трактористов, воюющих на Донбассе. В результате создается некий белый шум, позволяющий утопить реальные факты в куче всевозможных версий. Для внутренней аудитории это работает. В мире же все знают: Москва лжет нагло и постоянно. Но раз так, зачем с ней вообще разговаривать?

 

Александр Гольц,

Ежедневный журнал, 18 сентября