Юмор

 

Утро в Кремле началось тревожно:

Путин понял, что рай россиянам не светит

 

Утро в Кремле началось тревожно. Из кабинета Путина раздавались крики, вопли и всхлипывания.

 

– Дима, скажи мне честно, ты хоть смотрел, что ты подписываешь? – орал Путин на стоящего перед ним Медведева. – Ты что подписал?

– Бумажки, – проблеял Медведев, который помнил, что подписывал какие-то документы, но не помнил какие, потому что традиционно хотел тогда заснуть.

– Бумажки? Дима, ты дурак? – сказал вдруг Путин спокойным голосом и внимательно посмотрел на Медведева.

– Нет, я премьер-министр, – ответил Медведев и понял, что опять ляпнул глупость.

– Какой ты к черту премьер, если подписал этот дурацкий список, который делает из нас посмешище? Объясни мне, Дима, ты зачем это сделал?

– Сурков сказал, что надо подписать, – оправдываясь, сказал Медведев.

– А если он тебе скажет плюнуть в кофе Лаврову, то ты тоже плюнешь?

– Так он вам про это тоже рассказал, Владимир Владимирович? – оживился Медведем. – Сурков сказал, что это будет прикольно. И было прикольно, когда Лавров пил тот кофе и говорил, что пенка вкусная. Мы все смеялись. И Лавров смеялся с нами, – продолжал исповедь Медведев.

– Дима, ты таки реально дурак, – грустно констатировал Путин. – Ну, почему меня окружают такие идиоты, – обратился он к Пескову, который стоял под стенкой и цветом лица старался идеально совпадать в цвет покраски стен. Хотя со стороны костюм с усами на фоне зеленой стены смотрелся несколько абсурдно.

– Владимир Владимирович, вас окружаю верные и преданные люди, – четко отчеканил Песков и добавил. – А такие нашлись, видимо, только среди идиотов.

 

Путин пристально посмотрел на своего пресс-секретаря, а потом резко повернувшись к Медведеву спросил:

 

– Мне в кофе плевал?

– Вам? Никогда! Плевать в кофе? Вам? Да я бы не смог, даже если б захотел. Вы же всегда чай пьете.

– А в чай? – продолжал гнуть свою линию Путин.

 

Чтобы не отвечать, Медведев потерял сознание и шлепнулся на пол.

 

– Так, теперь с вами поговорим, – обратил свое внимание Путин на Суркова с Лавровым, которые сидели за столом и сверлили друг друга взглядами. – Что делать будем?

– Лично я больше не буду пить кофе с этими уродами, – сказал Лавров.

– Сережа, я о санкционном списке, а не о подлянках друг другу, – объяснил Путин свой вопрос.

– О списке, Владимир Владимирович, лучше спрашивать того, кто его составлял. Рассказывай, Сурок, как ты так напортачил, – сказал Лавров.

– А чего напортачил? Чего напортачил-то? – сразу начал оправдываться Сурков, понимая, что будут проблемы. – Нормальный такой список. Большой, красивый. Можем дополнить...

 

– Мозги себе дополни, – зло прервал его Путин. – Давай по пунктам. И начнем с мелочей. Я не буду спрашивать, зачем ты всунул в список Черновецкого, но скажи мне, милый мой, Черновецкий Леонид Михайлович и Черновецкий Степан Михайлович кем друг другу приходятся?

 

– Как кем? Степан сын Леонида.

– Да? А мне скажи, Владик, у тебя же дети есть?

– Есть, – сказал Сурков и подумал, что сейчас с ним могут сделать такое, что новые дети не появятся.

– Как младшего зовут?

– Тимур.

– А полностью?

– Тимур Владиславович, – ответил Сурков, не понимая к чему клонит его шеф.

– Вооооот! У твоего ребенка, Владик, отчество Владиславович. А у сына Леонида Черновецкого в нашем списке отчество... Михайлович. Тебя это не удивляет?

– Но ведь дата рождения совпадает, – попытался оправдаться Сурков.

– Ты тоже дурак? – заинтересованно спросил Путин. – Можешь не отвечать. Это был риторический вопрос. Давай дальше. Ты зачем двух Берез внес?

– Так Скабеева просила за того, который ее опустил в ПАСЕ.

– Это понятно. А двух зачем?

– Ну, чтоб наверняка. А то одного, но не того, внесем, и она опять мне нагадит на коврик перед кабинетом. А она такая. Уже дважды гадила.

– Ты сейчас шутишь?

– Владимир Владимирович, какие шутки. Эта животинка так территорию метит. Когда не может словами нагадить, как на телевидении – тогда делает это по-другому. Суть у нее такая. Гадючая.

 

– Ладно, давай дальше. Ты зачем Юру Мирошниченко внес? Он же из Оппоблока.

– Владимир Владимирович, это лично Янукович просил. Он к нему теперь испытывает личную неприязнь. За то, что тот все время извинялся перед людьми за нашего «легитимного» и его сынков. Вот Янык попросил внести и его.

– И ты внес? Бесплатно?

– Тю, если посмотреть сколько он дал, при учете сколько он из Украины вывез, то можно это за деньги не считать. Так, копейки. Я деткам игрушки купил на это.

– Я в курсе об игрушках. Домик в Женеве и две Ferrari 2018 года.

 

Слушая все это Сурков вздрогнул:

 

– Так я это... одну для вас прикупил.

– А мне зачем еще одна? У меня уже 6 штук есть. Даже Навальный в курсе, сцука. Ладно, дальше пойдем. Что это за история с Карасями? Я тебя спрашиваю, что за история? Почему внесли галериста Карася, а не лидера С14???

– Вот видите, Владимир Владимирович, не зря мы двух Берез внесли. Один из них точно тот, кто должен быть в списке. А с Карасем... Добавим! Обязательно добавим.

– Добавим? Ты понимаешь, что мы все же выглядим по-идиотски?

– Что Вы, Владимир Владимирович? – подобострастно прошамкал Сурков. – Это если мы в Рай не попадем, то будем выглядеть по-идиотски, а так просто смешно.

– Смешно тебе? А скажи тогда почему Коломойского нет в списке?

– Понимаете, Владимир Владимирович, я в Женеве время от времени бываю. Ну, там счета свои проверить или что-то прикупить. И не очень хочу, чтобы Коломойский меня на кофе пригласил.

– Ты кофе не любишь?

– Кофе я люблю. Но после питья с Коломойским могу разлюбить. Зачем нам эти проблемы?

– Ладно, давай последний вопрос, чтобы я правильно оценил твои умственные возможности. Зачем в список внесли «Публичное акционерное общество „Запорожкокс“»?

– Господин президент, тут все просто! Надо душить своих конкурентов по всему миру, если есть возможность.

– Идиот, это не тот кокс. Это не кокаин, а именно кокс и если ты его попробуешь нюхнуть, то сдохнешь!

– От передозировки?

– От идиотизма! – прошипел Путин и, перешагнув лежащего на полу Медведева, прошел к окну.

 

Он долго смотрел в окно своего кабинета, а потом не разворачиваясь спросил:

 

– Лавров, ну кто они после этого?

– Дебилы, блд! – традиционнно резюмировала самая грустная лошадь российского МИДа.

– Тут ты прав, хотя и ты из их стада. Ну, да ладно. Дай задание Машке Захаровой, чтоб она заявила...

– Не получится, Владимир Владимирович, – перебил Путина Лавров, – она вчера была на презентации настойки «Боярышника ХО». Дегустировали на халяву. Перебрала. Сейчас ей плохо.

– От того, что перебрала вчера?

– Нет, от того, что нечем похмелиться сегодня, – обреченно признался Лавров.

 

Путин окинул взглядом кабинет. Он видел свою команду. Нервничающий Песков, который активно жевал свои усы, Медведев на полу, который перешел из состояния обморока в привычное состояние «мишка в спячке», Сурков, который потел и думал, знает ли Путин о его махинациях с деньгами на Донбассе, и грустный Лавров, которого невыносимо хотелось накормить овсом. И единственная мысль, которая свербила в тот момент в мозгу кремлевского диктатора, была о том, что с этими людьми он таки отправит всю страну на тот свет. И было четкое понимание того, что Рай ни ему, ни им, ни остальным россиянам не светит. И ноябрь за окном надежно поселился в глазах Путина.

 

Борислав Береза,

автор – депутат Верховной рады Украины,

«Обозреватель», 2 ноября