Эра милосердия

 

РЕКС

 

Приют для собак САО г.Москвы в Химках:

 

Вчера убежал на радугу Рекс, уехавший из нашего приюта домой более 4-х лет назад. История Рекса словами хозяйки:

 

Ты умер вчера. Какая жизнь у тебя была? Ты родился где-то на улицах Москвы от какой-то дворовой собаки. Наверное, ты был очень хорошеньким черным пушистым комочком. Любопытным, как все щенки, но осторожным. Или, может быть, осторожным тебя сделала жизнь. Она у тебя была тяжелая.

 

Ты жил на улице. Наверное, тебя били, ты дрался с собаками, отчего у тебя остались шрамы на морде. Тебе доставалось. И ты тогда стал дипломатом, поняв, что лучше избежать драки и потерпеть. Это качество помогло тебе потом в приюте и с Булочкой.

 

Мы не знаем, когда ты в первый раз попал в приют и сколько ты там пробыл. Знаем, что тебя взяли в квартиру, а потом в этой семье что-то случилось и тебя опять бросили. На тебя обратила внимание женщина, гулявшая с ребенком, за которой ты долго ходил, как хвостик. Это так на тебя похоже. Она увидела на ошейнике телефон приюта и тебя снова забрали.

 

Ты опять попал в маленькую клетку с другими собаками. Ты прожил там еще лет пять. А потом пришли мы.

 

Конечно же, это опять была моя идея поехать в приют и помочь им, а если получится, взять друга Булочке. Мы ехали за молодой собакой, а уехали с тобой большим старым черным псом. Тебя выбрала на удивление мама. Она просто не смогла пройти мимо. Ее что-то пронзило, и она обернулась, и ваши взгляды пересеклись Ты не лаял и не бросался на клетку, как другие собаки, чтобы привлечь к себе внимание, а просто с глазами полными последней надежды сидел и смотрел прямо в глаза. И тут что-то случилось, и мама сказала, что без тебя не уйдет.

 

Тебя любили в приюте добрые волонтеры, а твоя наставница устроила нам целый допрос, чтобы убедиться, что ты будешь жить в хороших условиях. Убедившись в этом, мы пошли оформлять документы, и ты осторожно украл пакетик с кормом. Как мы шутили, для Булочки, чтобы не с пустыми руками прийти. Наш любимый тихушник Ты аккуратно своруешь еще много чего у нас дома. Это был тяжелый день, так как хотелось взять всех собак, но счастливый.

 

Мы не были готовы. Мы не знали, чего от тебя ждать, ведь с виду ты такой грозный и ты уже состоявшийся пес со своим характером. Как оказалось, с очень добрым и ласковым характером. Помню, как, приехав в Александровку, мы выпустили тебя на поле, и ты лег на спину, сильно потянулся и долго смотрел на небо, как заключенный, вышедший из тюрьмы. И правда, ты же не мог делать этого раньше. Ты либо сидел в клетке, либо с тобой и другими собаками гуляли. Потом предстояло знакомство с Булочкой. Должно быть, это единственный негативный фактор твоей счастливой старости.

 

И тут опять помогло твое терпение и дипломатические качества. Когда она кусала тебя за ухо, ты просто жмурился и терпел, и ждал, когда она сама отстанет или, когда мы ее отругаем. Правда вы все-таки крепко поцапались один раз, выясняя отношения, и досталось бедному папочке. Опять из-за меня. А потом все как-то утихомирилось, и мы снова зажили спокойной счастливой жизнью с двумя уютными собаками у камина в холодные вечера. Или летом все вместе у бассейна.

 

От тебя надо было все прятать, так как своровать ты мог и с плиты, и со стола. Один раз даже коробку открыл с печеньем и съел новогодний пряник, запечатанный в подарочную упаковку. Пришлось тайком покупать новый, чтобы бабушка не заметила. Ты смешно ложился, делав кувырок через голову. Явно не самый удобный способ лечь на спину. И цеплялся когтями за землю. Мы делали тебе перекатики по спине, которые ты так любил. Я по-настоящему прониклась к тебе только этим летом, осознав, насколько ты ласковый и добрый пес.

 

Ты мамина собака. Ты заболел между двумя мамиными операциями. Ей было больно и тебе. Наверное, ты взял на себя часть ее страданий. Тебе стало хуже в момент, когда маму оперировали и потом воспрял вместе с ней. Но все-таки не дождался их возвращения домой. Рексик, знай, что мы тебя не бросили. Да ты, наверное, это знал и чувствовал. Просто не хотел приносить нам боль своим страданием и тихо ушел, забрав болезнь моей мамы