МН17

 

МН-17: О чем пока не говорят следователи

 

Пресс-конференция Объединенной следственной группы, на которой были официально названы имена подозреваемых в причастности к уничтожению малазийского авиалайнера, заставляет вспомнить несколько важных обстоятельств, остающихся (возможно, пока) вне внимания следователей.

 

Боевая техника, принадлежащая 53-й зенитно-ракетной Берлинской бригаде, была выведена за пределы части, переброшена из Западного военного округа в Южный военный округ. Затем входящая в зенитно-ракетный комплекс Бук-М1 самоходная огневая установка (СОУ) пересекла государственную границу и была перемещена на территорию иностранного государства. При этом командирам воинских частей категорически запрещено выводить вооружения за пределы части по собственной инициативе. И не случайно: употребившему пол-литра крепкого спиртного полковнику может прийти в голову, например, открыть стрельбу из танковых орудий по зданию областной администрации или управлению ФСБ. Далее, боевая техника и сопровождающий ее личный состав были перевезены из одного военного округа в другой. Соответственно, должен был быть приказ начальника Генерального штаба, определяющий порядок их подчинения и иные организационные детали пребывания в другом округе. Наконец, использование российских вооруженных сил за пределами Российской Федерации а СОУ Бук является их элементом возможно только по распоряжению президента. Военная контрразведка, входящая в ФСБ, не препятствовала выводу боевой техники за пределы воинской части и ее перемещению из округа в округ, а пограничная служба, также находящаяся в составе ФСБ, пропустила СОУ через границу и не задержала ее на обратном пути. Это значит, что подразделения ФСБ имели соответствующие приказы, отдать которые могли только в Москве.

 

Другой вопрос, который нельзя не задать: зачем понадобилось отправлять в Украину СОУ Бук, а не, например, ЗРК Панцирь? Ответ, на первый взгляд, очевиден для того, чтобы успешно бороться с украинской авиацией, наносившей в июне июле 2014 года болезненные удары по донбасским бандформированиям. Но такой ответ очевиден лишь на первый взгляд. Прежде всего, сепаратисты довольно успешно сбивали украинские самолеты и вертолеты имевшимися у них переносными зенитно-ракетными комплексами (ПЗРК), в том числе новейшими российскими ПЗРК Верба, способными уничтожать воздушные цели на высоте до 3,5 километров. Всего в апреле августе 2014 года пророссийскими бандформированиями было сбито 22 украинских самолета и вертолета. Ударные вертолеты, штурмовики, фронтовые бомбардировщики и истребители, стреляющие по наземным целям, которые, собственно, и создавали наибольшую угрозу для бандитов, обычно действуют на относительно небольших высотах, не более 4-5 километров. Им вполне могли бы противодействовать ЗРК Панцирь, но почему-то в Украину была переброшена именно СОУ Бук, способная уничтожать цели на больших высотах.

 

И еще, почему в Украину была переброшена только СОУ, тогда как другие компоненты ЗРК Бук передвижной командный пункт, машина заряжания и радиолокационная станция обнаружения и сопровождения целей и наведения на них ракет остались в России? Без этих компонентов СОУ может выполнить только ограниченный круг задач например, уничтожить не более четырех самолетов противника, поскольку без машины заряжания установить новые ракеты взамен использованных невозможно. Невольно возникает предположение, что СОУ Бук была направлена в Украину с некой разовой миссией. Известный российский военный эксперт Марк Солонин так объяснял причины появления СОУ в Донбассе: а) сдуру; б) привезли именно Бук, чтобы в дальнейшем иметь возможность объяснить его использование сепаратистами; и в) Бук привезли именно для того, чтобы поразить цель, летящую на высоте более 10 км (например, рейсовый пассажирский самолет). ... Пассажирские самолеты и зенитные ракеты сосуществуют на одной планете уже более 60 лет, и случаи их случайной встречи бывали, но чрезвычайно редко. Слишком редко для того, чтобы ситуацию, когда первой и единственной ракетой ЗРК сбивают пассажирский самолет, можно было безоговорочно свести к проявлению заурядной глупости. К этому что-либо добавить трудно.

 

Глупостью и бестолковостью российских военных, разумеется, можно объяснить многие загадки гибели МН-17. Широкое распространение, например, получила версия, что экипаж СОУ хотел сбить какой-то украинский военный самолет, скорее всего военно-транспортный Ан-26, но ошибся и попал в Боинг. Но, во-первых, никакого украинского транспортника в тот момент в том районе не было. А во-вторых, непонятно как экипаж СОУ мог принять сравнительно небольшой, медленно летящий на высоте семи километров или ниже Ан-26 за летящий в два раза быстрее на высоте 10 километров огромный Боинг. Иногда это объясняют тем, что при определенном стечении обстоятельств на экране радиолокатора большой Боинг может выглядеть так же, как и летящий ниже и намного ближе Ан-26. Это верно, но только при том условии, что неизвестна дальность до цели. А РЛС СОУ не может не определять эту дальность, без этого она не может навести на нее ракету. Иными словами, популярная версия о том, что малазийский Боинг был сбит, потому что был ошибочно принят за украинский Ан-26, выглядит неправдоподобно.

 

И в конце немного конспирологии. Рейс МН-17 шел по международному воздушному коридору, который используют много гражданских самолетов, в том числе российских. Представим себе, что было бы, если бы был сбит не малазийский, а российский самолет. Тогда расследование оказалось бы в руках российских властей и легко догадаться, к какому выводу они бы пришли.

 

Этот текст написан вовсе не для того, чтобы уличить сотрудников Объединенной следственной группы в нежелании найти заказчиков и организаторов преступления. Они скрупулезно и настойчиво собрали доказательства, позволившие на данный момент установить подозреваемых в причастности к уничтожению малазийского авиалайнера. Вполне возможно, что предъявить обвинения заказчикам и организаторам этого террористического акта можно только на основании свидетельских показаний. Однако свидетели того, как готовилось это преступление, кто и какие отдавал приказы, находятся в России и вряд ли склонны делиться своими знаниями с международными следователями. Возможно, многие из них включены в некие списки и могут неожиданно скончаться от сердечного приступа, погибнуть в автокатастрофе или покончить жизнь самоубийством. Но рано или поздно люди узнают всю или почти всю правду, как это случилось с секретными протоколами к пакту Молотова Риббентропа, расстрелами в Катыни и многими другими тайнами советского времени.

 

Юрий Федоров,

Каспаров.ru, 21 июня