Ближний Восток

 

Отвечать придется!

 

Убийство Сулеймани знаковое событие. Оно впервые за десятилетия поставило под сомнение подлый принцип международной realpolitik, в соответствии с которым высокопоставленный деятель пусть самого гнусного террористического режима не несёт персональной ответственности за деятельность этого режима, т.е. за свою собственную деятельность.

 

Всякий преступник, назначенный бандой каким-нибудь генералом или министром, чувствовал себя игроком в шахматы по интернету, которому ничего не угрожает: ведь у него государственный статус. Сидит вот такой сулеймани и планирует: вот в Вене шлёпнем пару оппозиционеров, а в Ираке грохнем десяток тыщ неверных; в Буэнос-Айресе взорвём посольство Израиля, Венесуэле толкнём контрафактные запчасти к F-5 в обмен на кокаин

 

И спокойно планирует смерть и мучения десяткам и сотням тысяч людей. А если кого неверные империалисты и грохнут, то всего лишь исполнителей, шестёрок их не жалко.

 

И вдруг всё изменилось. Могут грохнуть и самого игрока и плевать на госстатус. И правильно. Это честно. Пусть, наконец, те, кто планирует теракты и гибридные войны, несут персональную ответственность.

 

Возмутителен жалкий лепет о том, что, мол, убийство Сулеймани противоречит международному праву. Оно не распространяется на преступников. Нелепы рассуждения о том, что убийство главы КСИР обостряет напряжённость на Ближнем Востоке и провоцирует какую-то там нестабильность. Когда КСИР устраивает стрельбу в Ираке, Ливане и Йемене, обстреливает Израиль из Ливана и Сирии, нападает на нефтепроводы в Аравии и атакует танкеры в Персидском заливе это не обостряет напряжённость, не нарушает стабильность?

 

Заявления иранского руководства о том, что оно ни при чём, лживы от первого до последнего слова. Даже когда бывшего президента Ирана и командира КСИР Ахмадинежада показывали заснятого в толпе погромщиков, захвативших посольство США в Тегеране, он нагло улыбался и говорил: это не я. После недавнего разгрома американской дипмиссии в Багдаде проиранскими боевиками Тегеран тоже утверждал: это не мы. А Сулеймани как раз находился в Багдаде. Не иначе прилетал помолиться в Кербеле или поесть замечательного иракского плова

 

Теперь иранофилы во всём мире ломают руки: ах, что же теперь будет! Да, неизвестно, что будет. И да, бешеные муллы могут предпринять какую-нибудь ответку. Но они будут знать, что немедленно сами получат в ответ, и гораздо сильнее. Ведь можно пальнуть не лёгкой ракетой с дрона по автомобилю в багдадском пригороде, а чем-нибудь более тяжёлым и непосредственно в Иране. И если покойник Сулеймани считался вторым лицом в иранской иерархии, то есть ещё третье, и четвертое, и, наконец, первое. Захотят ли они рисковать?

 

Евгений Трифонов,

Facebook, 3 января