История

 

Свет и тени румынской революции

 

1. Атипичный тиран

 

Уже 30 лет как не стало Николае Чаушеску, а разговоры о том, что произошло в том декабре, все не утихают.

 

Для многих казнь четы Чаушеску это предупреждение тиранам мира: вот как может закончиться их путь!

Для их противников характерны утверждения мол, быстро расстреляли, чтобы не наговорил чего на открытом большом процессе. (Интересно, а что он мог наговорить такого, чего не сказал бы Влад который отнюдь не Дракула, а генерал и глава местной гебни Секуритате? А Влад через процесс прошел).

 

Но не все хорошо представляют, а что там вообще случилось-то? Ну да, народ восстал, армия поддержала, диктатор бежал из дворца после речи, был пойман через несколько дней и казнен... А почему все было так?

 

Для начала: Румыния (во всяком случае, до советской перестройки) считалась самой прозападной из всех стран советского блока. И с Израилем отношения были, и бойкот Олимпиады в Лос-Анджелесе послали подальше, и вторжение в Чехословакию осудили...

 

Все так: внешняя политика очень даже прогрессивная. Внутренняя бывает и хуже. Но реже.

 

Но надо поглядеть в глубины что же там все-таки случилось такого, что привело к вспышке быстрой гражданской войны?

 

В 1965-м умер прежний первый секретарь Георге Георгиу-Деж. Такой вполне упертый сталинист. Неоднократный политзек при прежних режимах, сильно расширивший число политзеков при собственном. Ничего особенного в сравнении с себе подобными из других стран Восточной Европы.

Важно, что хрущевскую оттепель он не принял. И уже с конца 50-х стал вести несколько независимую от СССР политику. Хотя, конечно, не столь независимую, как у албанских вождей.

 

А вот после его смерти наступила проблема транзита. Главных кандидатов было трое Георге Апостол, позднейший левый диссидент, экс-премьер Киву Стойка, который позже погиб от огнестрельного ранения (то ли на охоту сходил, то ли самоубился, как было официально заявлено, то ли... понятно, что случается с такими), действующий премьер Ион Маурер.
И, как оно часто и случается в подобных схватках стай товарищей, они решили поставить кого-то временного. И как всегда, не учли, что временные могут оказаться очень даже постоянными.

 

Так Николае Чаушеску, молодой и энергичный, и стал вождем. Мы таких молодых и энергичных на постсоветском пространстве видели немало.

 

И он довольно быстро переиграл в аппаратных играх стаю товарищей. Достаточно было поставить на ключевые посты своих. Ну, и без популизма не обошлось.

 

Случаи проявить независимость представились ему довольно быстро. Румыния сохранила отношения с Израилем после Шестидневной войны весь прочий советский блок отношения разорвал.

Чаушеску открыто поддержал пражскую весну, прилетел с визитом в Чехословакию почти накануне ввода войск!

Вот ведь как повернулась судьба людей со старого фото: один Александр Дубчек был сослан в небытие, а потом, в декабре 1989-го, стал председателем Федерального собрания Чехословакии. Второго в том самом декабре расстреляли...

 

 

 

Как бы то ни было, а вторжение в Чехословакию в 1968-м Румыния осудила. Да так, что речь могла идти и о вторжении если бы румыны не доказали, что вторжение станет очень и очень небескровным.

 

Потом, в 79-м, Чаушеску осудил и вторжение в Афганистан!

 

Так что же, это был неплохой и прогрессивный человек, строитель социализма с человеческим лицом?

Конечно, нет. Тиран и диктатор, как и было сказано.

Но румынской столичной интеллигенции в конце 60-х (чуть не сказал сислибской) он, конечно, прогрессивным казался. И эта интеллигенция внесла значительный вклад в его нарождающийся культ.

 

Фото № 2 еще интереснее, чем первое.
 

 

Это массовый митинг трудящихся. Против ввода СССР и Варшавским договором войск в Чехословакию. Слово предоставляется тов. Чаушеску! (У нас несколько диссидентов на Красной площади, а в Бухаресте вон как было... Но дело в мотивации, в стремлении к нашей и вашей свободе. Этого у Чаушеску не наблюдалось).

 

Facebook, 25 декабря

 

2. Под скипетром президента

 

Если внешняя политика режима Чаушеску это бесконечное лавирование между сторонами холодной войны, то с внутренней все гораздо проще.

Культ личности.

Со всеми характернейшими чертами.

Впрочем, сложился он не сразу.

 

В первые годы правления Чаушеску в стране была ну, не Пражская весна, конечно, но некоторая относительная либерализация. Некоторые послабления для прессы. Некоторые послабления для диссидентов. Такая полуперестройка...

 

С другой же стороны, атака на права и свободы людей началась моментально. Кроме жизни политической, есть еще и частная (на самом деле, это тоже политика). И вот ее Чаушеску начал ломать об колено с самого начала, с 1966 года.

 

Я, конечно, о запрете абортов.

 

Хотелось бы об этом сказать особо, а заодно и подчеркнуть собственное мнение. Понятно, что в мире и в РФ (дискурс почти целиком заимствован из США) есть деление на пролайферов и прочойсовцев.

Я не поддерживаю ни одних, вторых.

Потому что аборты несомненное зло.

Но есть еще большее зло борьба с ними при помощи запретов. Чем Чаушеску и занимался.
Реальная борьба с абортами это не запреты, а секспросвещение и контрацепция, контрацепция и секспросвещение. Всё, больше ничего не требуется, через какое-то время число абортов начнет медленно, но очень надежно снижаться.

 

И еще: запрет абортов почти всегда это заготовка мяса бранного стола (с). Но есть одна деталь: запрещающий сам очень легко может сделаться тем самым мясом. Что с Чаушеску и случилось. И я убежден: не через одного, а каждый из молодых гражданских ополченцев взял оружие в декабре 89-го и ради сексуальной революции. Вероятно, не для всех это было главной мотивацией, но в том, что такая мотивация была, нисколько не сомневаюсь.

 

А с кем добрый сосед в случае чего собирался воевать народившимся пушечным мясом в целом, понятно.

 

Как это было при Чаушеску? Запрет абортов. И запрет контрацепции для женщин, у которых нет пяти детей! Процедуру разводов усложнили до невероятного. Женщин диктатор сделал рожальными машинами.

 

Стандартный кошмар не всегда, но очень часто начинается с засовывания длинного государственного носа в частную жизнь и в постель людей. Поэтому сейчас совершенно не вызывает удивления то, что бухарестская половинчатая весна затянулась очень ненадолго. Водоразделом стал визит Чаушеску в Северную Корею. Ким Ир Сен пришелся ему по душе гораздо более, чем Дубчек и Людвиг Свобода. И режим Кима I тоже.

 


 

 

Так и было решено строить Северную Корею с европейским лицом.

 

Дурное дело нехитрое. Либеральный курс был осужден, вождь возвеличен, цензура восстановлена полностью, патриотическая работа пошла полным ходом.

 

Машина репрессий и контроля спецслужбы Секуритате за населением тоже набирала обороты.

 

И все это сопровождалось повальной, катастрофической нищетой населения. Как-то поддерживать существование удавалось за счет Запада, за счет режима наибольшего благоприятствования в торговле с США. Но средства уходили в великие проекты (знакомая ситуация, несомненно).

 

Кое-что, кроме культа, позаимствовалось из Северной Кореи поневоле. Затемненные города. Постоянные призывы к экономии электроэнергии. Впрочем, без всяких призывов для рядовых румын (разумеется, не для номенклатуры) полагалась одна 15-ваттная лампа на комнату. И никаких холодильников, и никакой бытовой техники!

Совершенно точно говорят советские люди, ездившие в те годы в турпоездки в Румынию, что они чувствовали себя зажиточными иностранцами в нищей коммунистической стране. И вот на этом фоне происходило все большее и большее обожествление вождя, иногда принимавшее гротескные формы.

 

Он создал себе пост президента. Без короны, как ни странно обошелся но президентский скипетр получил!

А уж лизоблюды старались на совесть.

Один из них, который в 1989-м своего босса пред...видел (не очень вовремя, посему помогло это мало но жив остался), простенько так заявил:

 

Мы атеисты, мы верим в Чаушеску!

 

Даже автор известного афоризма Есть Путин есть Россия! от него слегка отстал (хотя в нынешнем случае какое-то время наверстать у Володина еще есть).

 

И еще о разного рода сходствах режимов.

Чаушеску был очень невысокого роста метр шестьдесят пять. И это стало кошмаром для провластных теле- и фотожурналистов. Нужно было исхитряться но никак рост не подчеркивать. Его супругу (об этом существе особый сказ) нельзя было фотографировать в профиль уж больно некрасивый! Нарушение означало вон из профессии, если не что-то худшее.

 

Диктаторам свойственно бояться. Всего бояться собственного народа, иностранцев, своего окружения. Этот конкретный помимо всего прочего очень боялся чем-нибудь заразиться. Посему в его обслуге находился человек, который стерилизовал руки диктатора спиртом после рукопожатий.

 

Средства изводились на проекты строительство Дворца весны ныне самого огромного здания парламента в Европе (при том, что парламент Великое народное собрание при Чаушеску был, разумеется, фикцией). На противоатомные бункеры для вождя (которые ему нисколько не помогли).

 

Цензура. Вмешательство в личную жизнь граждан. Тиражирование нищеты и издевательская внутренняя политика. Нарушения прав человека...

 

А что Запад?

Ну, известно, что. Реаль-политик. Разве только слегка пальчиком погрозят. Как бы свой человек в соцлагере был нужен всем. Хотя бы для переговоров, например, для подготовки соглашения Египта и Израиля. Для всевозможной тайной дипломатии.

Он и СССР в итоге оказался в чем-то нужным для этого. Во всяком случае, после 1968-го отношения более или менее восстановились. Так себе, конечно. Но независимый от Кремля коммунистический лидер был неплохим инструментом кремлевской дипломатии.

 

А ведь и не только с Западом дружил. И с Северной Кореей у него было все прекрасно. И с Пол Потом встречался. И с людоедом Бокассой. (Сколько же он спирта извел после рукопожатий с последним? Наверное, сильно сократил спиртовой запас Румынии!)

 

 

С Пол Потом

 

Ситуация Запад и румынский режим стала меняться, когда в Белом доме появился президент, для которого права человека были отнюдь не пустым словосочетанием.

Но до советской перестройки Чаушеску своей нужностью пользовался неплохо. Лавировал-лавировал, но в итоге все-таки не вылавировал.

 

Егор Седов,

Facebook, 26 декабря