В гостях у сказки

 

Продолжение. Начало см. в №№ 1 8.

 

Узница серой башни

 

На следующее утро после возвращения Чуддино в свой змок жители страны Благоденствия проснулись в изумлении. (Замечательно, что, прожив бок о бок с великим волшебником многие годы, толстомордики не потеряли способность чему-нибудь удивляться). Проснувшись и выглянув из окошек своих домов, они увидели рядом с привычным их взорам замком Чуддино высокую серую башню. Вчера, когда толстомордики ложились спать, башни не было. Она выросла за ночь, словно по волшебству. Впрочем, не словно, а именно по волшебству уж жителям страны Благоденствия этого можно было не объяснять.

 

Гстя же этих мест в изумление повергла бы не только башня, но и сам змок. Он был построен не из натурального материала камня или гранита. Он вообще не был построен... Он возник как продукт волшебства Чуддино, а потому и материал его был волшебный, и раскраска необычная.

 

Фантазия волшебника раскрасила дворец всеми цветами радуги. Нижняя часть замка была красной, чуть выше красный цвет плавно переходил в оранжевый, оранжевый в жёлтый и так далее. Вверху замок был фиолетовым. Но это ещё не самое удивительное. Известно, что за крайними цветами радуги (или, как сказали бы учёные спектра) есть ещё два цвета, невидимые человеческим глазом. Это инфракрасный цвет и ультрафиолетовый. Так вот, основание замка было выкрашено инфракрасной краской, а самые верхушки ультрафиолетовой. А так как цвета эти были невидимы, то возникало ощущение, что недостроенный вверху дворец парит неподвижно в воздухе. Вот таким фантазёром, чудиком, был наш Чуддино.

 

Толстомордики весь день гадали, для чего вдруг понадобилось волшебнику возводить рядом с весёлым разноцветным замком угрюмую серую башню. Но наши читатели, наверное, догадываются, зачем. Конечно, для бедняжки принцессы.

 

Дворец Чуддино был огромен и потому ненадёжен, как тюрьма. В каких апартаментах волшебник ни запер бы Дженни, он не мог быть уверен, что ей не удастся бежать. Другое дело одиноко стоящая высокая башня, к тому же охраняемая часовым. Стены её были абсолютно вертикальны и совершенно гладки. На такую башню невозможно было ни залезть, ни спуститься с неё на землю. А темница принцессы располагалась, конечно же, в самом верху башни: там виднелось единственное окошко, забранное железными прутьями. Оказавшись в неволе полагал Чуддино принцесса станет сговорчивее. Поэтому он нисколько не позаботился о внешнем виде новоиспечённого архитектурного сооружения, никак не рассчитывая на его долгое существование.

 

Принцесса проснулась рано утром. Первое, что она увидела лоскуток синего неба в клеточку. Большая полукруглая комната, в которой она оказалась, тонула в полумраке. Принцесса, естественно, не помнила, как очутилась в этой комнате. Дженни лежала, укрытая пледом, на очень просторной и мягкой кровати, рядом, на тумбочке, она увидела свои вещи. В центре комнаты стоял овальный стол, а на нём теснились экзотические фрукты и всевозможные сладости.

 

Вскочив с кровати, девушка подбежала к окошку и тут же в ужасе отпрянула от него: её темница находилась на головокружительной высоте! Тогда Дженни кинулась к двери та, на удивление, оказалась открытой. Выйдя из комнаты, принцесса сразу же потонула в бездонном мраке башни. Вниз вела крутая винтовая лестница, но так как ступенек не было видно, казалось, что внизу пропасть. И всё же, замирая от страха, рискуя ежесекундно свалиться в эту пропасть, принцесса ощупью двинулась вниз. Она спускалась целую вечность. На что она надеялась? Очутившись внизу, Дженни не только не вышла наружу, но даже не обнаружила дверь! Она, как слепая, тыкалась руками и носом в немые холодные стены и не могла нащупать в них ни единой неровности или щели! Вдосталь намучившись, вернулась она в свою роскошную темницу, упала ничком на кровать и разрыдалась от отчаяния.

 

А вечером, дав ей сполна осознать безвыходность положения, к ней явился Чуддино. Он вошёл с факелом в руке, в той же чёрной одежде и был похож на палача. Глаза его, в которых прыгали отражавшиеся огоньки, стали совсем безумны. Он воткнул факел в специальное углубление в стене и повернулся к девушке.

 

Принцесса, глухо произнёс Чуддино, я очень сожалею, что мне пришлось запереть вас в темницу. У меня не было другого выхода. Моя любовь к вам служит тому оправданием...

Вы! И вы говорите мне о любви! не выдержав, вскричала Дженни, вскочила и едва удержалась, чтоб не отвесить Чуддино очередную пощёчину. После всего, что случилось, вы смеете говорить мне о любви!

Да, принцесса, да, я безумно люблю вас, и вы это знаете. Одно только ваше слово и эта башня исчезнет и мы...

Нет! крикнула Дженни, отступая назад.

Ваше высочество, быть может, вам неприятен мой внешний облик? Я знаю, кто мил вашему сердцу... о, проклятый счастливчик!

 

Чуддино трагически вздохнул, взмахнул руками и... снова превратился в красавца Филиппа. Вот только безумные глаза по-прежнему его выдавали.

 

Отныне вы будете видеть меня только в облике этого принца... Чтоб его кошки съели!

 

Принцесса отвернулась и схватилась руками за прутья решётки. Смотреть на него, на Филиппа, зная, что это не он как это было невыносимо!

 

Умоляю, уйдите, оставьте меня.., прошептала она. От сознания собственного бессилия ей хотелось грызть прутья зубами.

Я уйду, сказал Чуддино и вынул из стены факел. Я уйду, но завтра приду в это же время. Прошу вас, ваше высочество, подумайте. И, кстати, кушайте, кушайте, а то совсем исхудаете...

 

И он вышел. Он пришёл на следующий день, и ещё через день, и ещё... Он терпеливо приходил каждый день почти в одно и то же время. Принцесса уже устала возражать ему и обычно при его посещении лежала, уткнувшись лицом в подушку. Она даже стала подумывать о голодовке.

 

Так прошло семь дней.

 

Вокруг да около башни

 

Прежде, чем сойти с корабля на берег, предусмотрительный и осторожный Томас посоветовал принцу наклеить усики. Для конспирации.

 

Ведь Чуддино знает вас в лицо, не дай бог столкнётесь с ним, сказал слуга. Тем более, что мы его в лицо как раз и не знаем. Пока...

 

Так и поступили. Усики, конечно, не сильно изменили внешность Филиппа. Не помешал бы ещё и парик, но парика под рукой не было. Тогда уже принц придумал надеть хотя бы тёмные очки. В таком виде он мог, пожалуй, смело разгуливать по стране Благоденствия, не опасаясь случайной встречи с волшебником.

 

Благодаря капитану Моррису принцу и Томасу не пришлось тратить время на поиски жилья. Капитан указал им гостиницу, в которой он сам всегда останавливался. Собственно, это была единственная гостиница на всю страну Благоденствия. Называлась она довольно забавно На дармовщину и располагалась прямо на морском побережье, недалеко от порта.

 

У порога гостиницы приезжих встретил радушный круглолицый хозяин несколько странного вида: лицо его было абсолютно гладко, без единой морщинки, а глаза смотрели, не мигая. Такой же ненормально опрятный и гладкий был на нём костюм синего цвета. Хозяин поклонился и ровным, без всякой интонации голосом пригласил гостей входить.

 

Несмотря на близкий полдень, принц решил обойтись без обеда и сразу ехать в горы. Ему не терпелось поскорее увидеть вблизи змок Чуддино и составить план действий. Поэтому они только поднялись наверх и осмотрели отведённые им комнаты. Спустя пять минут Филипп и Томас вновь были на улице и, оседлав лошадей, поскакали в горы.

 

Подъём для лошадей, за исключением некоторых участков, оказался совсем несложным. По дороге всадникам во множестве встречались дома местных жителей и сами жители, всюду слонявшиеся без дела. Только сейчас Филипп понял, насколько метко обозвал их капитан Моррис толстомордики. Лица их настолько заплыли жиром, что глаз почти не было видно, а лоснившиеся щёки свисали до самых плеч. Фигуры их были тучны и неповоротливы, а животы победно выдавались далеко вперёд.

 

Потом дом закончились, и всадники въехали в редкую рощицу. Здесь дорога стала круче, и лошади замедлили шаг. Впрочем, подъём этот был недолог, так что животные не устали. Через каких-нибудь десять минут деревья вдруг расступились, и лошади с радостным ржаньем вынесли седоков на большую открытую равнину, прямо к фасаду Чуддинового змка!

 

Это произошло совершенно неожиданно для всадников, они даже не успели остановить лошадей. Опомнившись, Филипп и Томас направили животных к большому валуну на краю рощицы, и укрылись за ним. Там они смогли отдышаться и осмотреться. Или, если сказать по-научному, провести рекогносцировку местности.

 

Дворец, который как бы парил в воздухе на метровой высоте, уже только этим поражал воображение. Он стоял совершенно открыто на плато, ничем не огороженный. Значит, Чуддино никого не опасался. Вообще, трудно было сказать, был ли замечен их эффектный выезд к фасаду замка на плато сохранялась полная тишина. Пустынной была местность, пустым казался и змок. Даже у парадного входа никого не было. Может быть, Чуддино сейчас отсутствовал?

 

В сотне метрах от правого крыла змка одиноко возвышалась серая башня. Принц знал от капитана Морриса, что раньше этой башни не было. У юноши часто-часто забилось сердце: принцесса там, совсем близко от него!

 

Томас коснулся плеча Филиппа:

 

Ваше высочество, будьте осторожны! У башни стоит часовой, прошептал он.

 

Для того, чтобы хорошенечко рассмотреть обстановку у башни, всадники, спустившись с плато, вновь нырнули в рощицу и под её прикрытием переместились вправо. Там, привязав лошадей к деревьям, они вскарабкались по склону наверх, поближе к башне. Увидев же часового, они дружно выдохнули от изумления: этот малый, её охранявший, был точной копией хозяина гостиницы! Ну, просто не отличить!

 

Увы, близкое рассмотрение заветной башни нисколько не утешило принца. Во-первых, в ней не было видно совсем никакой двери. Так что, если даже каким-то образом удастся нейтрализовать часового, в башню невозможно будет попасть! Во-вторых это мы уже отмечали её стены были совершенно гладки. Поэтому проникнуть в темницу принцессы снаружи также казалось невозможным. По крайней мере, без посторонней помощи и специальных приспособлений. Кроме того, Филипп и Томас, понаблюдав некоторое время, увидели, что каждые полчаса часовой обходил башню.

 

Вечером они ужинали в гостинице На дармовщину. Кстати, ужинали в буквальном смысле на дармовщину, что в полной мере оправдывало название гостиницы, да и вообще всей страны. Обсуждали различные варианты похищения принцессы. И ничего у них не получалось. Даже хитроумный и находчивый Томас не мог придумать реально выполнимого плана.

 

Допустим, они достанут метательное орудие и с помощью меткого стрелка (опять же, его надо отыскать) сумеют закинуть в темницу принцессы верёвку. Но и тогда надо будет подняться по верёвке к окошку и бог знает сколько времени продержаться там без всякой опоры, пока удастся распилить прутья решётки. А внизу ведь ходит часовой...

 

Можно, конечно, соорудить лестницу, но лестница эта должна быть о-ё-ёй, какая длинная! Пожалуй, её и поднять-то будет невозможно... От безысходности мелькнула даже такая безумная мысль: набрать группу людей и человек на человека, человек на человека... В общем, голова шла кругом от множества утопических идей!

 

Потом к ним подсел капитан Моррис и раскрыл тайну близнецов-братьев. Оказалось, что и хозяин гостиницы, и часовой у башни это не люди. Вернее, не настоящие люди. Они тоже были созданы волшебником. Для чего?

 

В стране Благоденствия, как мы помним, никто ничего не умел, да и не хотел делать. А в гостинице, например, кое-какие работы всё-таки нужно было выполнять. Нет, не еду готовить она здесь возникала тоже по волшебству, почему и была бесплатной. Но кто-нибудь должен был подавать блюда на стол, встречать гостей у порога, предоставлять им комнаты... Вот для таких потребностей и создал Чуддино отряд работников. Волшебник недолго мудрствовал, и потому все они получились на одно лицо.

 

Теперь пригодился такой волшебный человек для охраны башни. И какой же отменный он был часовой: никогда не терял бдительность и никогда не уставал, так что его не надо было даже сменять на посту.

 

Служили такие люди и у Чуддино в замке. Правда, дворцовых слуг можно было сосчитать на пальцах одной руки. Потому Филиппу и Томасу и показалось, что замок волшебника пуст.

 

Местные жители называли этих людей по-своему ласково чудиками. Капитан Моррис, хотя и считал себя знатоком страны Благоденствия, не мог сказать наверняка, кто они такие роботы или живые люди. Не знали этого, скорее всего, и толстомордики. Чудики никогда не уставали и могли днями не спать, но зато они были большие любители покушать. Так что, наверное, один лишь Чуддино знал машины они или человеки.

 

Поблагодарив капитана за ценные сведения, принц и слуга поднялись в свои комнаты, намереваясь хорошенько выспаться. Утром, авось, на свежую голову что-нибудь да придумается. Как известно, утро вечера мудренее.

 

(продолжение следует)